Президент Изумрудного Города. Глава 4

Начало книги читайте по этой ссылке

Глава 4 «В Хижине Лесоруба»

Дороти снился сон, который преследовал ее всю жизнь с самого детства: лиловые страдающие восьмой степенью ожирения бегемоты с остервенением танцевали лезгинку на Красной площади под марш Мендельсона. Происходило сие действо не в Москве, а на Красной площади Таганрога, аккурат напротив сквера имени Чехова — то ли отца, то ли мужа Анфисы Чеховой, то ли другого родственника или однофамильца этой известной телеведущей.

Несмотря на утопичность и сюрреализм сон Дороти всегда заканчивался одинаково: со всех сторон на площадь выбегали закованные в серую броню бойцы ОМОНа. Бегемоты в панике, вереща от ужаса, бросались наутек. Но ОМОНовцы неизбежно хватали лиловых, мастерски укладывали их довольными рылами в твердое покрытие площади и приступали к самозабвенному выбиванию правдивых показаний из прозападных бегемотских душонок с помощью резиновых дубинок и тяжелых кованных берцев. Бегемотики не чувствовали боли, потому что слои жира защищали их кости от ударов надежнее, чем бронежилеты ОМОНовцев. Однако Дороти никогда не досматривала сон до конца, а оттого не знала, чья возьмет в этом неравном противоборстве.

К чему и почему девушке снился этот сон — она так и не могла понять. Когда она обращалась за разъяснениями к психотерапевтам, то те в один голос утверждали, что сон этот снится к половым излишествам и беспробудному мракобесию, поскольку дубинка — это фаллический символ, а лиловый бегемот — символ сами понимаете чего… Диагноз Дороти врачи не поставили, и пенсию по инвалидности девушке так и не назначили.

На этот раз сон продлился несколько дольше обычного. Альгвазилы, наконец, сумели выбить из самого тощего бегемота признательные показания о том, что организатором несанкционированных танцев на Красной площади является шимпанзе по кличке «Вермахт» из ближайшего зоопарка… А потом Дороти проснулась.

Она открыла глаза и увидела над собой белый потолок с красным отпечатком ладони. Что это? Кровь!!!

Девушка села и, подозревая недоброе, оглянулась по сторонам. Всюду на белых стенах были красные точки, подтеки, полосы… А прямо перед Дороти на стене с закрытой дверью кто-то написал: «Спасайся! Он убивает людей топоро…». Надпись обрывалась длинной красной чертой, которая плавно спускалась до пола. Автор, по-видимому, не успел закончить начатую мысль, потому что у него закончилась единственная имеющаяся в наличии у узника краска — кровь… А может и потому, что ему надо было куда-то срочно ехать, скорее всего, в ресторан фаст-фуда.

Дороти обратила внимание, что простыня, на которой она сейчас сидела и, видимо, проспала всю ночь, измазана кровью. И что самое жуткое – куда-то исчез ее «браунинг» — трофей, подаренный феей Вупи. И тогда девушка заорала дурниной на всю Ивановскую, хотя на самой Ивановской ее никто, разумеется, не услышал.

Страшила, спавший с Дороти в одной кровати, видел совсем другой сон…

Ему снилось, что на той самой флэшке, который отдала ему Дороти ночью в кабине лесовоза, имелся четкий компромат и на ведьму Хиллари, и на президента Обаму. И этот самый компромат он передал директору ФБР в отглаженном под марлей костюме, который пожал ему руку в свете вспышек фотокамер и как бы мимоходом поинтересовался: «Ну что, мистер Трамп, готовы ли вы стать нашим президентом?». Трамп хотел было небрежно ответить, что ему это и завтра ненужно, но он, как исключительный патриот своей родины, должен стать президентом, ибо лучше уж он, чем этот Обама или эта ведьма Хиллари.

Хотел ответить, но не успел, ибо кто-то рядом заорал беременной выпью, и Страшила открыл глаза. Сразу он ничего не увидел. Но когда спешно стащил с лица вымазанную красным простыню, то увидел, что лежит на кровати в комнатенке с белыми стенами, на которых чем-то красным написано «Спасайся! Он убивает людей топоро…». А рядом с собой Страшила увидел Дороти, которая и издавала этот разрывающий нервы любого нормального человека звук, не хуже голоса Владимира Высоцкого.

Чтобы успокоить девушку и привести ее в чувство, Страшила со всей дури залепил Дороти пощечину. Крик прекратился, а девушка потеряла сознание, но сохранила при этом все зубы, что тоже весьма неплохо. Зато совсем рядом — за заколоченным досками окошком, из которого струились переливающиеся в летающих пылинках лучики света, вдруг завыла собака.

— Тотошка! — вспомнил Трамп.

Пожилой миллионер в отставке спустился на пол. Внимательно изучил имевшееся на стене эссе на тему «Спасайся!». Затем подошел к двери и попробовал ее открыть — тщетно! Затем он подошел к окну и постарался отковырять ногтем одну из досок. Безрезультатно!

Зато Тотошка, почуяв приблизившегося знакомого, перестал выть и тихонько заскулил.

Страшила вернулся к Дороти и принялся трясти ее за плечи. На бледной щеке девушки алело пятно от пощечины. Она слабо застонала и открыла глаза.

— Страшила, ешкин кот! — прошептала она. — Мы ведь с тобой не переспали?

— Переспали, — кивнул Трамп.

У Дороти глаза полезли на лоб.

— Спали, спали и переспали, — наконец, успокоил девушку Страшила.

— Но где мы? — Дороти села.

Услышав голос хозяйки, за окном радостно гавкнул Тотошка.

— В изолированном помещении, оформленном в весьма креативном стиле, — ответил Трамп.

— Мы заперты в доме маньяка, убивающего людей топором? – переспросила Дороти.

— Не готов с тобой согласиться, юная леди, — развел руками Страшила. – А что если мы находимся в одной из комнат клуба креативных дизайнеров? Просто кто-то случайно запер дверь и все такое…

— И нас никто не будет убивать топором? – в надежде спросила Дороти.

— Никто нас убивать не будет, — успокоил Страшила и принялся загибать пальцы. – Во-первых: убивать нас не актуально; во-вторых: наше убийство политически неприемлемо; в-третьих: мы особо ничего из себя не представляем, чтобы кто-то не поленился нас убить… Хотя… Эта ведьма Хиллари! – Трамп задумался. – Вот она точно может нас ликвидировать! Мы же не знаем, что хранится на ее флэшке… А вдруг там что-то чертовски важное и судьбоносное…

Дороти почувствовала, как ее коленки задрожали. Она вскочила с окровавленной кровати, подошла к окошку и крикнула:

— Тото! К ноге, шакал шелудивый!

Снаружи послышался шум, свойственный брачным играм стегозавров. Затем раздался грохот ломаемых досок, и вот дверь в комнату с жутким хрустом разлетелась в щепки, и в комнатку влетел черно-коричневый ротвейлер.

— Тотошечка! – Дороти присела на коленки и ласково гладила песика.

Трамп подошел к разрушенной в труху двери, осторожно переступил через опилки и выбрался в старый немытый коридор, прямо посреди которого лежала сдутая резиновая женщина, которую, судя по всем, давненько не накачивали.

— Мисс Дороти, — Страшила заглянул обратно в комнатку. – Я полагаю: нам следует немедленно покинуть сей не слишком гостеприимный дом.

Дороти не стала заставлять себя упрашивать. Она взяла Тотошку за ошейник и вместе с ним вышла из комнаты.

Коридор вскоре оборвался у входа в большую гостиную, заваленную всяким хламом – от старой мебели до использованных журналов с голыми женщинами.

— Это комната ужасов? – вопросила девушка.

— Нет! – махнул рукой Трамп. – Это обычная комната отдыха дальнобойщиков.

— Но где же тогда Дровосек?

— Я особо не уверен, что готов с ним встретиться, — произнес Страшила.

— И почему же это? – раздался у него за спиной знакомый голос.

Дороти и Трамп обернулись. Дровосек стоял перед ними с фотоаппаратом в руках и готовился сделать снимок.

— Ребята! Фотка на память! – Ник Симпер, казалось, был готов расхохотаться. – Видели бы вы свои рожи! Ваши потуги в комнате для приколов он-лайн собрали свыше ста тысяч просмотров в сети «Ютуб», за что я получу неплохие бабки…

— Так это был розыгрыш? – удивилась Дороти.

— Это был бизнес, Дороти-детка, и ничего личного, — ответил Дровосек.

— Если вы не дадите мне пятьдесят шесть процентов от вашего гонорара, я подам на вас в суд за использование моего изображения в личных целях! – предупредил Трамп. – А учитывая, что большинство судей, как и я – республиканцы, вам нечего будет ловить на этом процессе.

— Спокойно, старина! – широко улыбнулся Ник. – Тридцать три процента и так ваши! Мне чужого не надо!

— Сорок пять процентов и по рукам, — Трамп продолжал торговаться, как в старые добрые времена на Нью-Йоркской бирже.

Дровосек покачал головой и пожал протянутую руку.

— Если хотите перекусить, то вейдинговый автомат стоит во дворе, — заявил Дровосек. – Ешьте и давайте поедем дальше, ибо путь долог, а срок президентства Обамы подходит к концу…

— То есть как это так? – удивилась Дороти. – А что же будет потом?

— Президентом станет Хиллари, — глубоко вздохнул Страшила.

— А что это за ведьма такая? — спросила Дороти.

— Ну, хозяйка твоей сумочки гламурной… Бывшая… — объяснил Страшила. – Откуда она у тебя, кстати?

— Да на руинах какого-то дворца нашли с Тотошкой, — призналась девушка. – Еще флэшку, которую я тебе отдала, и ствол с патронами… Где он, кстати?

— Твой «браунинг» у меня, детка! – отозвался Ник. – Я его вытащил у тебя из кармана ночью, чтобы ты в комнате не отчаялась настолько, что мозги себе вышибить решилась… Ради безопасности!

— Ты мне ствол верни, дядя, а потом сказки рассказывай, — Дороти говорила четко и безапелляционно.

Тотошка, уловив интонацию в голосе хозяйки, уставился на Дровосека, оскалил зубы и многозначительно зарычал. Эта самая многозначительность и сбила Ника с понтолыги: в горло вонзит свои клыки ротвейлер или в гениталии…

— Да вот же он! – натянуто улыбнулся Дровосек, вытаскивая из кармана «браунинг» и передавая его Дороти. – Тут, правда, трех патронов не хватает – я по бутылкам стрелял во дворе, чтобы вы проснулись быстрее…

Девушка выхватила пистолет из рук Ника, пересчитала патроны, проверила предохранитель и снова спрятала пистолет в задний карман. Только после этого она снова почувствовала себя защищенной.

— А теперь я разобью стекло вашего автомата со жрачкой, — сказала Дороти и вышла на улицу. – Быстро перекусим и едем дальше в изумрудный город. Вопросы есть?

— Только пожелания приятного аппетиту, юная леди, — улыбнулся Трамп.

Через час лесовоз Дровосека вернулся на дорогу, вымощенную бетонными плитами. А еще через пять часов Дороти заметила табличку «Добро пожаловать в штат Невада!»

— Следующая ночевка в Лас-Вегасе! – объявил Ник.

— Мистер Симпер, а могу я получить свою долю гонорара от «Ютюб»? – поинтересовался Трамп.

— Без проблем, дружище Страшила! Как только доберемся до Вегаса – сразу с тобой рассчитаюсь… В какие игры играть будешь?

— А какие игры там есть? – влезла в разговор старших товарищей Дороти.

— «Покер», «рулетка», «баккара»… — рассказывал Дровосек. – Но самая любимая моя игра – это «блэк джек». Там же с помощью одной математики можно миллионы поднимать… Это целая наука, детка!

— Здорово! – Дороти уже представилось, как она получает пачки местных банкнот в кассе казино, а в голове зазвучала песенка группы «Кар-мэн».

— Вам пренепременно повезет, друзья мои! – воскликнул Страшила, подумав при этом, что надо поскорее найти ноутбук, узнать, что же на этой флэшке, а затем избавиться от этих чертовых игроманов, пока они не проиграли друг друга и его самого в вечное рабство.

Продолжение читайте здесь!